Завод шампанских вин

Новый Свет
Завод шампанских вин

Триумф крымского виноделия, или Князь шампанский -победитель «Вдовы Клико»

Завод шампанского «Новый свет» - поистине мистическое место, куда захочется вернуться еще раз. И не только ради самого лучшего в Европе вина. Здесь легко рождаются легенды и разрушаются стереотипы.

Все уверены, что лучшее в мире шампанское производят во Франции. Одни названия – «Вдова Клико», «Дом Периньон» - уже вызывают легкое, пьянящее головокружение. Но, оказалось, есть вина, которые превосходят знаменитые марки. И созданы эти винодельческие шедевры на благословенной земле Крыма.

В далеком 1900 году в Париж на Всемирную выставку съехались самые именитые виноделы. Каждый из них втайне мечтал, что главную награду завоюет именно его напиток. Самонадеянные французы были уверены, что Гран-при уже у них в кармане. Председатель комитета, граф Шандон, еще не зная окончательных итогов, поднял бокал за своих соотечественников, за тех, кто сделал «это чудесное, непревзойденное шампанское».

Он еще не успел пригубить, как услышал в ответ: «Я весьма благодарен вам, граф, за рекламу, сделанную во Франции моему шампанскому, которое вы сейчас пьете». Шардон невольно пропиарил крымский «Парадиз», изготовленный на заводе Льва Голицына в Новом Свете.

Ирония судьбы в том, что французских грандов заткнул за пояс русский самоучка. Если европейские винные короли накапливали знания столетиями и передавали из поколения в поколение, то Голицын стал непревзойденным мастером, самостоятельно изучив все тонкости искусства виноделия.

Плата за любовь

Путь к европейскому триумфу был длинным и извилистым. Поначалу ничто не предвещало, что потомок древнего аристократического рода займется столь неблагородным делом, как бизнес. В царской России промышленность и торговля по умолчанию считались не достойными для дворянского сословия. Другое дело – служба государева, когда отпрыски родовитых семейств добивались успехов в армии или делали карьеру в департаментах и министерствах.

Лев Сергеевич, с младых ногтей отличавшийся неуемной энергией и любознательностью, успел и в армии послужить, и «на гражданке».

Но прежде будущий герой войны на Кавказе и самый знаменитый винодел России должен был выучиться. По традиции, принятой в семьях аристократов, грыз гранит науки в нескольких университетах: в зарубежных и отечественных. Стартовал во Франции, в 17 лет получил учёную степень бакалавра, юридического факультета Парижской Сорбонны. Продолжил изучение правоведения на Родине: окончил юридический факультет Московского университета. Финальными аккордами образовательной симфонии князя Голицына стали германские вузы в Лейпциге и Геттингене.


В молодости Голицын успел повоевать на Кавказе. Оттуда привез папаху, которую носил до конца своих дней. На многих фото князь – солидный мужчина в пенсне и окладистой бородой – щеголяет в экстравагантном головном уборе. По легенде, Лев Голицын уговорил сдаться в плен одного горца, известного своим беспощадным нравом. Русский офицер обещал противнику, что его помилуют, и сдержал слово. На память горец подарил князю свою папаху и пообещал, что она принесет счастье новому владельцу.

Сбылись ли обещания горца, был ли счастлив Лев Сергеевич, мы точно не знаем. Но наверняка можно сказать, что князь был деятельным и успешным. Его послевоенная карьера развивалась уверенно и динамично. Три года служил в министерстве иностранных дел. Написал книгу «Конспект истории римского права. I период», готовился к защите диссертации по этой теме. Прилежание и целеустремленность князя открывали перед ним блестящие перспективы на дипломатическом или научном поприще.

Но, как часто бывает, карты спутала любовь. После службы в министерстве иностранных дел Лев Голицын перебрался в Муром Владимирской губернии на должность мирового судьи. В соседнем с голицынским имении жил почетный гражданин города Засецкий с молодой красавицей-женой Надеждой. Пылкий молодой князь с первого взгляда влюбился в очаровательную соседку. Молодая женщина ответила взаимностью. Чувство оказалось сильнее условностей: ни он, ни она даже не пытались его скрыть. Разразился скандал, в финале которого обманутый муж бросился с кулаками на соперника. История умалчивает, кто стал победителем в поединке. Достоверно известно, что после конфликта влюбленные покинули Муром.

Плата за любовь была высокой – Надежда оставила дом и детей, а Голицыну пришлось отказаться от карьеры. Высший свет царской России был очень строг к тем, кто не желал скрывать свои чувства к человеку, состоящему в браке. В порядке вещей были тайные встречи с замужней дамой, когда все внешние приличия соблюдены. Но Голицын пошел наперекор мнению света: на пять лет связал свою судьбу с женщиной, которая официально не могла стать его женой. Церковь, которая контролировала институт семьи в дореволюционной России, не одобряла разводы и крайне неохотно их предоставляла.

Родина крымского шампанского

От досужих сплетен влюбленные скрывались в Европе: жили во Франции, Германии, Италии. Порой они навещали отца Надежды – градоначальника Керчи князя Захария Херхулидзе в его имении, неподалеку от Судака. Много повидавший Лев Голицын, что называется, прикипел к этому месту. Отрешенные, думающие свою вечную думу, скалы, бесконечная даль моря, то гладкая как зеркало, то искаженная неистовством – все это пришлось по душе князю. Он много и с удовольствием гулял по окрестностям: подолгу стоял на берегу, слушая дыхание моря, вдыхая соленый воздух, смешанный с ароматом можжевельника и уникальной судакской сосны. Бродил среди раскинувшихся на отлогих склонах гор виноградников, охотно общался с местными жителями.


Амбициозный и целеустремленный, но уставший от ничегонеделанья князь, жадно впитывал новые впечатления и информацию. В голове его, как молодое вино в бочонке, бродила идея: а что если здесь наладить производство вина, в том числе и шампанского? Граф видел, что на восточном побережье Крыма есть все условия: мягкий климат благоприятен для выращивания винограда, ближайшие скалы идеально подходят для создания винных погребов.

Работы, конечно, непочатый край: построить производственные мощности, вырастить максимально подходящие сорта винограда, отшлифовать рецептуру. Но Голицын никогда не пасовал перед трудностями, его девиз по жизни: князь решил – князь сделал.

Урегулировать вопрос со строительством завода удалось после смерти Захария Херхулидзе. Про его завещанию, одна половина поместья переходила в собственность Надежды, вторая досталась ее брату. Увлеченный идеей Голицын выкупил долю брата, приобрел несколько соседних участков и стал владельцем огромного имения, где хватило бы места для нескольких заводов.

Путь к винному Олимпу

И работа закипела, причем, сразу и везде. Под бдительным оком князя росли стены будущих цехов, закупалось оборудование, разрабатывались рецепты, отбиралось сырье. Периодически он оставлял свое детище без присмотра, чтобы съездить на родину шампанского, во Францию, поучиться у тамошних виноделов. Рецепт этого вина, отличающегося от других насыщенностью углекислым газом, французы случайно открыли еще в далеком 1668 году. С тех пор шлифовали мастерство и заносчиво считали, что в этом деле им нет равных. Так и было, пока в игру не вступил Голицын.


Князь поставил амбициозную цель – создать предприятие, где производили весь существующий в то время ассортимент вин: красные и белые, столовые, десертные и крепленые. Но прежде всего стремился постигнуть искусство изготовления «короля вин» - шампанского. Во Франции он тщательно изучал технологии, но не собирался слепо копировать их.

Его гибкий ум подсказал, что у одного и того же сорта винограда, выращенного в разных климатических условиях, будут разные вкусовые оттенки. Фактически, это будет другой виноград, и из него получится вино, резко отличающееся от оригинала.

Основательно изучив теорию, князь перешел к практике. И первым делом начал экспериментировать с сырьем. На землях его крымского имения, которое он сначала назвал «Парадиз», а потом переименовал в Новый Свет, высадили около 500 сортов винограда. По слухам, некоторые лозы князь посадил своими руками, а потом сам за ними ухаживал.


После долгих десяти лет поисков, проб и ошибок Лев Сергеевич стал настоящим ассом виноделия и выращивания винограда. Он различал сорта по форме листьев, по вкусу и запаху вина определял, из какого сорта винограда и в каком регионе оно изготовлено, и даже – в каких погодных условиях росла лоза. В результате для своего завода он оставил 5 сортов: Пино Фран, Мурведр, Шардоне, Алиготе и Рислинг.

Еще один ключевой момент виноделия – погреба, где вызревает хмельной напиток. Технологии предусматривают, что оптимальная круглогодичная температура для создания разных вин от 8 до 12,5 градусов. И вновь закипела работа – в скалах Коба-кая и Караул-Оба начали прокладывать многоярусные подвалы. Прорубали их по четкому плану: каждое ответвление должно максимально подходить для выдержки разных сортов вина. Для белого – одно направление, красному – в другую сторону, у десертных, крепленых – отдельные ярусы. Для шампанского отводились самые прохладные тоннели. Для хранения винных сокровищ в скалах прорубили коридоров общей протяженностью свыше 3 километров. По легенде, для самых ценных вин была отдельная штольня, но ее до сих пор не нашли.

37 лет – большую часть жизни – положил Лев Сергеевич на то, чтобы вывести крымское вино на мировой уровень. Неимоверными усилиями он добился того, что итальянские и французские гранды, хоть и скрепя сердце, но признали, что вина от дикого барина – так еще называли Голицына – настоящие шедевры виноделия. Восхождение на винный Олимп влетело князю в копеечку. На создание вина, которое превосходило именитые марки, он потратил три состояния: свое, своей жены и любовницы.

Впрочем, Лев Сергеевич тратил силы, время и деньги не только на свой завод. Он заботился о тех, чьим трудом создавались лучшие в Европе вина. Для работников завода и их семей построил дом с просторными, благоустроенными по тем временам квартирами. Аристократ по духу и рождению он не терпел грязи и неряшливости вокруг и по возможности боролся с ними: проложил дорогу из Судака в Новый Свет, водовод протяженностью 3200 метров. Распорядился, чтобы вдоль побережья, в горе Коба-Кая прорубили пятикилометровую тропу. Этот строительно-архитектурный шедевр называют тропой Голицына, и она до сих пор привлекает тысячи туристов. С вьющейся надо морем дороги открываются завораживающие виды на морские просторы и нависающие над головой скалы. Занимаясь прилегающими территориями, князь облагородил естественные гроты на побережье, украсил парк и аллеи красивыми деревьями и цветниками.

Вопреки войнам и времени дом Голицына в Новом Свете сохранился практически в первозданном виде: уцелело не только здание с башней, но и предметы обстановки. Сто лет назад князь любил отдыхать после дневных трудов на веранде собственного дома и бокалом своего вина. Сейчас в здании с башней, которое стало визитной карточкой поселка, открыт дом-музей Голицына.

Мы не смогли пройти мимо особняка, где жил самый знаменитыйвинодел Российской империи. Честно говоря, притягивал нас не только интерес к истории, но и возможность попробовать элитные Голицынские вина. Посещение дома-музея является частью экскурсионного тура на завод шампанских вин «Новый свет». Предприятие работает до сих пор и выпускает игристые вина только по классической технологии. Это значит, что насыщение углекислотой совершается в течение 3-х лет непосредственно в бутылке, а не в бочке и не в резервуаре. Хотя вторичное брожение в бочке или резервуаре значительно проще и дешевле. Когда Голицынское вино доходит «до кондиции», его укупоривают натуральной корковой пробкой и отправляют в продажу или в работающий при заводе дегустационный зал. Этот зал открыт для всех туристов. Каждый экскурсант получает приятный бонус – возможность попробовать прославленное вино, нежное и восхитительное, как сам Крым. Вы бы могли устоять перед таким соблазном? Мы – нет!

Завод с сюрпризами

Если театр начинается с вешалки, то экскурсия на знаменитый завод стартовала от монументального, сложенного из камня забора. Верхушку ограды венчали аршинные, видные издалека слова: «Завод Новый Свет». Чуть ниже разместились такие же громадные цифры – 1878 – дата открытия завода. Наискосок от проходной вальяжно восседал в кресле создатель предприятия – Лев Сергеевич Голицын. Скульптор, как мне показалось, несколько приукрасил образ «дикого барина». Князя изобразил без его любимой папахи и несколько безмятежным. Хотя современники Голицына уверяли, что был человеком темпераментным и воинственным: никого не боялся и никому не кланялся.


Но у каждого творца свой взгляд на окружающий мир и людей. Приуменьшенную скульптором активность Голицына с лихвой компенсировал экскурсовод – разбитной, веселый парень в рубашке и шортах тропических расцветок. Он сразу нам пообещал, что мы заглянем в святая святых – тоннели, проложенные ниже уровня моря. Но позже выяснилось, что обещание преувеличил – нам показали только вход в штольни.

Впрочем, это легкое надувательство не испортило впечатление от экскурсии. Когда мы протолкались через проходную – народу было много: одни, как и мы, только приехали, другие уже возвращались – то замерли от изумления. Вот с чем у вас ассоциируется слово «завод»? Сразу представляешь себе громадные, мрачные цеха, кучу непонятных, пугающих механизмов. Завод «Новый Свет» - это  крутая ломка стереотипов. За забором нас встретил шикарный ботанический сад с пальмами, реликтовыми судакскими соснами и божественно благоухающим можжевельником

Среди этой буйной субтропической растительности притаилось множество сюрпризов. Вот из-под колючих, раскидистых сосновых ветвей листьев лукаво улыбается Дионис и услужливо протягивает наполненную вином чашу. А здесь искусственная пальма, выложенная из разноцветных бутылок: черных (ствол) и зеленых (крона). Возле какого-то офисного здания мы наткнулись на причудливой формы фонтан: струи воды разбрызгивали три шара, венчающие колонны в античном стиле.


Вся экскурсия условно разделяется на две части: посещение наземных достопримечательностей и подземных. Если честно, затрудняюсь сказать, где мне понравилось больше. Наверху было больше информации. Под землей – эмоций.

В наземных помещениях мы рассматривали бродильни, отделения для купажирования вин и розлива в бутылки. Неутомимый, временами назойливый гид рассказал, как отличить настоящее голицынское шампанское, изготовленное по долгой и трудоемкой технологии. Оказалось, что на пробке вытеснен герб и латинский девиз рода Голицыных: vir, est, vis — «Было, есть, будет». Гид уточнил, что элитное шампанское носит марку «Новый Свет», а «игристые вина», изготовленные по ускоренным технологиям, называются «Новосветскими».

Крепко усвоив полезную информацию, я вслед за остальными отправилась в погреба. Здесь, на удивление, оказалось светло и просторно – рабочие знатно потрудились: вырубили из скалы неисчислимое множество тонн камня. Блуждая по бесконечным лабиринтам среди сложенных штабелями, запыленных и пронумерованных бутылок, я пыталась понять, чего не хватает? Сообразила, когда рассматривала полуистлевшую от времени этикетку на портвейне «Таврида». В подвалах не чувствовалось привычного и естественного для подземных помещений запаха сырости и плесени. К слову, и на стенах не было ни грибка, ни прочей растительности, активно размножающейся без солнечного света.

За отсутствие неприятных запахов и бесполезной флоры следует благодарить предусмотрительного князя. Еще в период создания погребов был сооружен уникальный камин с прямым английским дымоходом, с помощью которого помещение не только отапливалось, но и окуривалось, что помогло избежать появления грибка и плесени. Правда, в этом подвале нам не удалось побывать. Гид пояснил, что в свое время здесь бывали только самые близкие Голицыну люди: друзья, родственники и почетные гости – самым титулованным из которых был российский император Николай II.

Несмотря на то, что бродить по тоннелям можно вечно – каждый изгиб и поворот приносил новое открытие – вылетали мы оттуда быстрее ветра. Выгнал нас холод. После июльского зноя поначалу там даже приятно, но минут через 15 мы уже начали дружно потирать руки и цокотать зубами. Настолько было зябко, что не спасали даже предусмотрительно захваченные с собой кофты и джемпера.

После энотеки – так называется коллекция вин – мы отправились туда, куда втайне очень стремились, но скрывали – в дегустационный зал. Нас встретил строгий взгляд князя: над овальным столом, где мы пробовали голицынское вино, висит портрет его создателя. И здесь Лев Сергеевич был в привычном образе – серьезный, неулыбчивый, немолодой мужчина в пенсне и лохматой папахе.

Нам предложили продегустировать пять вин: элитное шампанское, изготовленное по классической технологии и игристые вина, произведенные ускоренным методом. Аристократический напиток – шампанское, сделанное по всем правилам – можно было сразу определить, еще по хлопку пробки. Он был негромким, благородно-сдержанным. А вкус – очень тонкий, ненавязчивый и одновременно насыщенный – сразу и не поймешь, сколько в нем разных вкусовых оттенков. А когда выпьешь, еще долго смакуешь восхитительное послевкусие.


Помимо элитного шампанского мне еще очень понравилось розовое игристое вино. Оно так необычно – нежно и кокетливо – пенилось в бокале. И после глотка будто продолжало заигрывать – сначала мне показался какой-то леденцовый оттенок, который сменился легким оттенком Каберне. Закончился «Пино Нуар» быстро – я даже не успела толком распробовать. Слегка этим обиженная, я твердо решила еще раз повторить: и экскурсию, и дегустацию. Не в этот день, но обязательно в ближайшее время! Впрочем, в Крыму так часто бывает: еще не успел уехать, а уже хочешь вернуться.

Ксения Иваниченко, «Крымский Перепел»

1169 просмотров
Поделись нашим настроением с друзьями:
Поделись нашим настроением с друзьями: